Все о психологии и отношениях

«Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

0

Как сохранить счастье детства и обрести силы через съемку

Анна Данилова

13 июля, 2020

Однажды на море мои дети нашли водокачку со шлангом. Ох, красота — предзакатное солнце  и вода! Я в здравом уме и твердой памяти никогда бы не разрешила им включать там воду. Но я сбегала в номер за камерой и сказала: «Поливайте друг друга из этого шланга!» Это было одно из самых ярких, светлых и счастливых их воспоминаний об этой поездке. Но я никогда не предложила бы им это сделать, если бы не моя фотокамера в руках.

Первый раз цифровая камера оказалась у меня в руках в 2004 году. Это был фотоаппарат моего будущего мужа, Анатолия Данилова. Я брала камеру на пару дней и снимала в храме. Для меня было потрясающим открытием, что камера может работать таким образом и давать такую фантастическую картинку.

Потом я снимала небольшие репортажи для «Правмира». Я брала у мужа камеру, и он мне помогал с настройками, я снимала на полуавтоматическом режиме. Если что-то мне было непонятно, я звонила Толику: «Слишком темно!» — «ISO надо поднять».

У нас были замечательное фотографические выходные, когда мы ездили, например, в Саввино-Сторожевский монастырь, и там на башне, на колокольне часами снимали, что происходит на территории. Мы снимали фотографии для иллюстрирования «Правмира»: вот прихожанка просит у батюшки совета, вот старый монах точит косу — это были незабываемые моменты.

Первый раз я озадачилась домашней съемкой, когда родилась наша дочка Наташа. Мы много снимали ее на телефон и цифровую мыльницу, а потом я увидела в сети, как фотографируют детей профессионалы, достала камеру, стряхнула с нее пыль и сообщила мужу, что он просто обязан снимать так же хорошо. А вообще сама фотографироваться я очень не любила, все говорила: «Я слишком толстая. Я тут непричесанная. Дай я что-нибудь нормальное надену. Я плохо здесь выгляжу. Это кошмар! Не снимай меня сейчас! Не снимай, не снимай!» В итоге у нас совместных съемок довольно мало, к сожалению.

Недавно я прочитала у одного американского фотографа замечательные слова о том, что однажды наши дети окажутся в ситуации, когда все, что осталось от нас, родителей — это фотографии. И им будет неважно, причесанная ли мама, толстая или худая, красиво или некрасиво одетая, как вообще она выглядит — им просто нужны фотографии вас, неважно, какая вы. Главное, что вы есть на этих фотографиях.

И действительно в какой-то момент становится неважно, причесанная ты или не причесанная, худая или толстая, красиво одетая или не очень, самое главное то, что вообще эти фотографии есть. Теперь когда мне не хочется фотографироваться, я вспоминаю эти слова. Но время не вернешь. Семейных съемок было мало. 

 

Помню один кадр — это было буквально за месяц до смерти мужа: мы гуляли по Угличу и Толик сфотографировал меня с Наташей. Мимо нас шла американка (в Угличе в августе проходит фотографическая неделя), и скомандовала нам: «Я вас сфотографирую вместе, давайте мне вашу камеру». Как хорошо, что она не подумала: «Ой, а зачем я будут навязываться, меня же не просили!»

Когда Наташе было шесть месяцев, Толика не стало, и я осталась с маленьким ребенком и большим-большим ящиком профессиональной фототехники — отличными объективами, новым фотоаппаратом, который как раз тогда мы купили к рождению Наташи. Я смотрела на этот ящик техники и понимала, что я больше не смогу уже снимать. 

А потом в какой-то ветке комментариев я прочитала слова кого-то из знакомых, что Наташа должна была быть девочкой, у которой будут самые красивые фотографии в мире, потому что у нее такой замечательный папа-фотограф, но теперь так не будет. И тут я подумала: «Стоп. То есть как не будет?» Я поняла, что у меня есть классная фототехника, у меня есть самый лучший в мире ребенок, поэтому моя задача — сделать так, чтобы фотографии у нее были не хуже тех, как ее мог бы снимать папа.

«Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

Я выяснила у знакомых фотографов правила настройки выдержки, диафрагмы, ИСО и начала фотографировать Наташу. Я пошла в одну фотошколу, потом в другую и третью, влилась в этот бесконечный процесс обучения и даже получила диплом профессионального фотографа (без него меня одолевал синдром самозванца).

Потом я стала настоящим фотографом: я снимаю семьи, снимаю портреты, венчания и крещения, 99% моих клиентов возвращаются ко мне снова и снова, в моем портфолио есть много портретов известных людей  и я очень горжусь тем, что умею и знаю.

«Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

Все основное портфолио я нарабатывала тогда на двухлетней Наташе и на нескольких ее маленьких подружках — училась, практиковалась, с ними бегала, фотографировала.

Из кризиса

Когда я начала серьезно учиться фотографии, я находилась в глубочайшем кризисе. Первые полтора года после того, как не стало Толика, мне не очень хотелось жить. Ребенка бы вырастить и все, дальше смысла в своей жизни я не видела. Я очень долго так жила и не хотела, чтобы мне стало легче.

Так я жила, пока однажды не оказалась в падающем самолете, я рассказывала об этом уже вот тут. «Аня, хотела? Пожалуйста, вот тебе падающий самолет». Я летела без Наташи, и в тот момент поняла, и про себя сказала: «Нет! Господи, нет! Я не могу, нет, так не надо. У меня там ребенок, она уже папу потеряла, она не может остаться без мамы!» В итоге мы, хоть и в очень сильную грозу и в очень сложной  ситуации приземлились. Наш пилот потом долго не мог отдышаться и прийти в себя, а я поняла, что выбираю жизнь.

«Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

Анна Данилова. Продолжение. Беседа с Андреем Максимовым – о потере, новой семье и открывшейся двери

Подробнее

Я до конца не нашла ответа на вопрос, как рассказать детям о том, что мир может быть разный; о том, что могу быть скорби; о том, что, конечно, мир хороший, это прекрасно, что они родились, и это самое главное, но при этом нет гарантии, что все будет замечательно. Это сложные вопросы.

Итак, Наташе два года. Я в полном раздрае внутри и в очень тяжелом внутреннем состоянии, и у меня, как раз проходят два очень интенсивных фотографических курса. Я стала совершенно другим человеком после того лета…

На осень 2016 года у меня были огромные фотопланы: курсы, лекции, съемки, свадебный курс. В итоге свадебный курс прошел внезапно на следующий день после моего собственного венчания. Я тогда абсолютно не собиралась замуж, наоборот, я нашла себя. Я распланировала свою жизнь и была счастлива.

Родился Андрюша, потом родились близнецы. Я продолжаю много снимать, но детей я больше снимаю на телефон. Потому что лучшая камера — это та камера, которая есть у вас под рукой.

Тогда я начала изучать мобильную фотографию и пошла учиться снимать на телефон к Юле Сметаниной, чтобы снимать на телефон не мутные и тусклые кадры, а фотографии, достойные семейного альбома. 

Материнский ресурс уходит. Почему?

Материнство, особенно когда детей несколько — это такое время, когда ты все время как белка в колесе: проснуться, покормить, одеть памперс, собрать на улицу, погулять, дойти до песочницы, обойти круг, купить продукты, накормить обедом, уложить спать, разбудить, проснулась в плохом настроении, полдник, переодеть, собрать на улицу, погулять, ужин, уложить… Четыре часа подряд укладывать! Это такой день сурка, в котором ты совсем не замечаешь своей жизни.

И вроде все нормально, но уходит, уходит внутренний ресурс.

Почему наш материнский ресурс так часто истончается? Его съедает рутина и однообразие.

Работа жены и матери — это работа без видимого результата. Если ты вымыла полы, будучи волонтером в больнице, тебя за это похвалили. Если ты помогаешь в храме, тебя ценят и любят. А если ты вымыла пол дома, никто не заметил, через час еще больше испачкали. Так и должно быть, это само собой разумеющееся, как это так — не помыты полы. Значит, ты плохая хозяйка, если полы не блестят, унитаз не сверкает, раковина не скрипит от чистоты, так и надо! Ну и что, пусть ты утром все помыла, а дети разлили краску, вперед, к тряпке!

Все замечают, только если полы грязные; или когда еды нет. Замечают, только если все плохо, а если хорошо, никто не замечает. К слову сказать, поколение наших родителей и вообще не очень приучено хвалить. Считалось, что так можно испортить детей. 

Как-то у меня в гостях была моя бабушка, ей было уже 92 года, и потом, уже вечером, она позвонила мне и так медленно и четко сказала: «Знаешь, я так сегодня любовалась, какая ты замечательная мама! Как ты разруливаешь все конфликты. Как мудро ты поступаешь! Как хорошо ты заботишься о детях! Я любовалась!» Вот честно, я вообще ничего такого замечательного не делала,  но слова бабушки подарили мне такие крылья за спиной и такую радость, о которой я до сих пор помню, а бабушки уже два года как нет… (Говорите это чаще своим взрослым детям).

«Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

В нашем материнстве очень мало места видимому результату. Мы не видим значительных прорывов у наших детей, дети меняются очень поступательно. Это родственники, приезжая в гости, говорят: «Ой, как вырос! Ой, уже читает! Ох, как хорошо ты сыграл на пианино», — а для вас это прогресс по миллиметру в день.  Если мы сравним фотографии или видеозаписи год назад и сейчас, тогда увидим, какой огромный прогресс произошел — да. А изо дня в день мы не замечаем, как растут дети, поэтому у нас мало ресурса.

Когда появляются силы

Когда ты чувствуешь отдачу, когда ты что-то сделал, и стало круто, стало замечательно. Вот я провела курс, мне пишут благодарные студенты и я счастлива!

Поэтому в такой круговерти, в такой ситуации, когда ты с детьми, как белка в колесе, очень много жизни проходит мимо нас. И фотография — это тот ресурс, который помогает мне каждый день заметить какие-то моменты, какие-то вехи, какие-то изменения.

И вот я днем фотографировала, потом ночью обрабатывала эти фотографии — и у меня было очень значимое и очень зримое содержание этого дня. Вот у меня получились три классные работы! Я их обработала, у меня осталась прекрасная картинка, мне очень нравится, это хорошо, здорово!

«Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

Жить здесь и сейчас

Мы хотим, чтобы дети росли быстрее. «Ну, сейчас полегче будет», — думаем мы, ждем, когда же он, наконец, сядет, когда он пойдет, когда он перестанет кругом лезть и падать.

Во многом это связано, в том числе, с нашей материнской тревогой, потому что за маленького ребенка ты тревожишься немножко по-другому, чем за старшего. Да, за детей старших мы тревожимся больше, но эта тревога другая. Я не боюсь шестилетнего ребенка оставить сидеть на полу, и что он упадет затылком назад. Я не боюсь 9–10-летнего ребенка отпустить гулять по дому отдыха.

Фотография позволяет нам насладиться моментом здесь и сейчас! Когда мы изучаем и рассматриваем пальчики на руках и на ногах, пушок на губе, пушок на ушке. Вы замечали, что у новорожденных детей пушистые ушки, мохнатенькие такие, пушок у них растет? Мы замечаем, и сами для себя здесь и сейчас наслаждаемся этим моментом.

«Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

Я очень часто говорю мужу в нашей круговерти с детьми: «Смотри, мы сейчас здесь и сейчас, вот мы такие, вот наши дети. Мы сейчас живем тут».

Очень помогает в психологическом настрое отойти и на себя со стороны посмотреть: «Смотри, что у нас происходит, запомни этот момент. Этот наш 2020 год. Это уже через пять минут будут наши воспоминания».

Фотография — это возможность зафиксировать этот момент здесь и сейчас: как дети сейчас бегают, как они сейчас прыгают по луже, как они завтракают, как они делают уроки, как они учатся читать книжку. Не просто ты сидишь с ребенком и начитываешь: «М-а – ма, п-а – па, б-а – ба». А ты со стороны отходишь и через объектив камеры, через видоискатель делаешь фотографию, вот мой ребенок читает книжку, делает первые шаги, научился сидеть. Это возможно совершенно по-другому насыщенно посмотреть на свои дни, и еще получить результат.

Обучение фотографии дает огромный ресурс, это я поняла недавно, наблюдая наших студентов курса фотографии на телефон: когда сделанный кадр радует, когда ты видишь, что у тебя получилось — это большая радость!

А еще от этого результата можно получить отдачу, потому что когда мы делаем фотографии, близкие и друзья говорят: «Ой, какой замечательный малыш!» — нам становится здорово.

Самое главное, это возможность остановить момент, в том числе, для себя, посмотреть самой на то, какая у нас здесь и сейчас жизнь, а не просто выйти из этой круговерти бесконечных событий.

«Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

Крохотные детские шаги

Фотография — это возможность посмотреть на крохотные шажки детей. Обычно мы для себя как-то фиксируем, запоминаем большие вехи в развитии ребенка: сел, пошел, научился на велосипеде кататься или на самокате. 

Ежедневная фотография позволяет видеть совсем маленькие изменения, как ребенок поступательно меняется, как меняется его выражение лица, как он становится совсем другим — это возможность сейчас, в режиме реального времени наблюдать за маленькими незаметными переменами.

«Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

Если вы посмотрите на свои детские фотоальбомы, вы увидите, что нас фотографировали этими большими вехами: тут нам три года, тут нам четыре года, тут мы на лошади в парке катаемся, тут еще что-то происходит. А ведь мы не помним себя в младшем возрасте.

Навсегда

То, что мы фиксируем на фотографиях — это наша абсолютная память навсегда. Попробуйте сейчас вспомнить лицо своего ребенка, какое оно было в шесть месяцев, в год, в два, если у вас дети постарше — вы не вспомните, скорее всего. Наша память жестко стирает все. 

Когда я хочу вспомнить лицо своей дочери в два-три года, я обращаюсь к памяти, и она выдает мне фотографии, которые я сделала. Я почти не помню ее ресурсами своей внутренней памяти. Мы помним то, что мы зафиксировали на фото и на видео, и это бесценно. 

На самом деле это, может быть, хорошо, что память так работает, потому что точно также вместе с лицами любимых людей память стирает боль, какие-то тяжелые моменты, переживания. Наверное, мы бы не справились, если бы помнили это так же остро, как чувствовали впервые.

Снимать детей непросто. Вот, например, новорожденные близнецы, надо их кормить и укладывать, зачем я к ним лезу с камерой? «Что ты к ним пристала с камерой? Отстань уже от них. Давай их укладывать, купать, переодевать».

Когда я фотографирую, я пробую зафиксировать свою любовь.

Я пошла на первую в своей жизни фотосессию, когда Наташе был год. Я была еще в абсолютной депрессии, мне было тяжело жить — больно от того, что я живу, а муж умер, я не видела большого смысла во всем, и я просто со слезами заказывала эту фотосъемку. Мне казалось, Господи, какая фотосессия, когда нет семьи уже, мужа нет, я одна с Наташей — какая это семья?

Мы очень классно погуляли тогда с фотографом. У меня есть замечательные фотографии из нашего парка, где маленькая Наташка, где мы с ней вместе гуляем. Я по этим фотографиям сейчас вижу, как много я тогда делала для того, чтобы воспитать в Наташе это чувство доверия к миру, это чувство радости.

«Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

Сейчас у меня прошла та сильная боль, которая была в тот момент, и вообще все сильно поменялось. Но у меня есть память, у меня есть фиксация этого счастья, какие мы тогда с ней были, как мне была важна Наташка, как ей была важна мама. Какие мы с ней были девчонки заодно! Сейчас эта съемка того солнечного дня дает только воспоминание, какие мы были классные и замечательные девчонки с Наташкой.

Сейчас я делаю эти фотографии для того, чтобы проложить для своих детей мостик и дощечку на будущее. Потому что я знаю, что рано или поздно дети столкнутся с этими вопросами: «Зачем я живу? Вообще я не просил меня рожать. Меня никто не любит. Родители меня совсем не понимают». Увы, наверное, это неминуемо. Я хочу зафиксировать визуально, зримо то, что тебя, дорогой ребенок, очень сильно любили. 

«Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

Я хочу в каждой фотографии сохранить этот момент — как хорошо, как здорово, какая благодать, что ты к нам пришел, как сильно мы тебя любим! Смотри, ты тут на пеленальном столике, тут у тебя ножки, тут у тебя пушистенькие ушки, маленькие пальчики, вот мы тебя кормим с ложечки, вот ты делаешь первые шаги, вот ты поешь какую-нибудь песенку. Я хочу сохранить все это как  зримое доказательство того, как же ты важен нам, какое счастье, что ты родился! Как это важно и нужно! И ничего нет, кроме этой любви.

«Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

Мне очень хочется, чтобы когда дети столкнутся с какими-то сложностями в своей жизни, чтобы они помнили то, как они лежали новорожденные в корзинках, или как они делали первые шаги, или то, как мы фотографировали, как мы вместе с ними собирали лего — чтобы они увидели, как это хорошо, как это важно, и как здорово то, что они — часть нашей семьи, что они есть, и что они любимы.

Когда у меня заказывают семейные съемки, я прихожу на них с той же мыслью — сохранить для детей то, как сильно их любят!

Когда они почувствуют, что они начинают тонуть в этом повседневном болоте, чтобы у них была еще одна дощечка, на которую они могут поставить ногу, за которую они могут зацепиться.

Если ты не в силах повлиять на ситуацию, ты можешь ее сфотографировать!

Ваш ребенок залез в матерчатых тапочках в лужу, прыгает, весь мокрый, грязный, а вам пора кормить, надо домой, это все придется сейчас стирать, вам надо его переодеть. Вообще, вы до смерти устали и: «Пойдем уже, Миша, домой, в конце концов!» — а ребенок у вас застрял в этой луже и не собирается из нее выходить.

У меня тут работает принцип: если ты не можешь изменить ситуацию, ты всегда можешь ее сфотографировать. Когда я понимаю, что я не могу вытащить, например, Андрюшу из лужи, я достаю фотоаппарат, нажимаю на кнопочку. Потом мы все равно уйдем домой, я все равно ночью разбросанное уберу, никуда я не денусь, все равно я постираю и поглажу, уже ничего с этим не сделаешь, но я фиксирую этот момент, эту возможность. И таким образом, я становлюсь как бы немножко в стороне, я отстраняюсь.

«Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

У психолога Людмилы Петрановской  есть такой совет: когда злишься, когда ты в гневе,  расслабь нижнюю челюсть! Действительно, когда нас дети допекли, у нас нижняя челюсть зажата.

 Фотокамера работает немножко, как расслабляющий элемент для нижней челюсти. Когда мы немножко выдохнули, нас немножко отпустило, и мы дальше фотографируем то, что происходит. Потом будут классные картинки в альбоме. Вы не запомните ни как стирали, ни как убирали, ничего этого не запомните, а запомните, как классно было ребенку, когда он прыгал в луже. Еще можно детям показать: «Какая хорошая была мама! Другая мама так не поступила бы, наверное, а я тебе давала в луже прыгать».

Это возможность отстраниться, отойти в сторону и почувствовать этот тяжелый процесс родительства в данный момент как очень творческий.

Конечно, я не фотографирую истерики, я не снимаю на видео, когда ребенок совсем красный, малиновый, когда он катается по полу. Я пару раз это делала, чтобы показать детям, но они безумно это не любят, здесь нельзя идти против их воли. Даже маленькие дети обычно хорошо это понимают. Но принцип: если не можешь изменить ситуацию, сфотографируй ее — работает отлично.

Веселое время

Фотография дает мне возможность обеспечить своим детям насыщенное детство. Знаете, эти все чек-листы про «50 интересных занятий на лето», «40 идей для насыщенной осени с детьми», где пишут: «Запускаем воздушные фонарики. Надуваем воздушные шарики. Запускаем корабль по реке. Поливаем друг друга из шланга водой». Я всегда читаю эти списки и думаю: «Боже мой, святые родители, которые это все делают. Меня никогда не хватает на это».

«Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

Анна Данилова: Трудно говорить о счастье

Подробнее

Я очень плохо играю с детьми. Я люблю детям читать и люблю детей учить, а играю с ними плохо. Но фотография для меня стимул придумывать всякое интересное детям. Машинка с мыльными пузырями, воздушный змей, сачок для бабочек, поливание из шланга!

Я не стала бы придумывать деревянный кораблик, который мы запускаем; не стала бы запускать воздушного змея, который путается. Не стала бы бегать от детей наперегонки вдоль морского побережья, если бы у меня не было камеры, и мне не надо было снять, как ребенок ко мне бежит по воде. Я очень много разных развлечений не стала бы детям придумывать, если бы не фотографии. Я специально покупаю сапоги, непромокаемые комбинезоны, завожу детей в лужу и говорю: «Прыгай в этой луже». У них действительно если такие прекрасные воспоминания о том, как прыгать в луже.

«Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

Однажды на море мои дети нашли водокачку со шлангом. Ох, красота — солнце низкое предзакатное и вода! Я в здравом уме и твердой памяти никогда бы не разрешила им включать там воду. Я сбегала в номер за камерой и сказала: «Поливайте друг друга из этого шланга!» И Наташа, и Захар на меня смотрят в абсолютном шоке: «Что, мама? Ты сейчас что сказала? Друг друга поливать, зачем?» Это было одно из самых ярких, светлых и счастливых их воспоминаний об этой поездке — у них в голове осталась эта история про то, как они поливали друг друга из этого шланга, как это было здорово, классно и круто. Но я никогда не предложила бы им это сделать, если бы не моя фотокамера в руках. 

Камера дает мне возможность творить, мотивирует меня придумывать какие-то очень интересные идеи для съемки, чтобы мне было, что фотографировать, чтобы мне было, что детям потом показать.

Глаза в глаза

Когда мы снимаем, мы становимся на уровень детей. Мы очень часто снимаем, сидя на коленях или лежа, и это очень важная возможность для нас опуститься на детский уровень и все время смотреть глаза в глаза. Как говорят обычно психологи, когда ты делаешь какое-то замечание или с ребенком разговариваешь, опустись на его уровень. 

Фотография — это возможность опуститься на уровень ребенка. И ребенку смотреть на нас не снизу вверх, а вровень.

«Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

Все внимание на ребенке!

Когда я фотографирую, я полностью сконцентрирована в этот момент на ребенке. Очень много времени, которое мы проводим с детьми, мы где-то там — или в телефоне, или в своих мыслях. Мы думаем о работе, или о каких-то своих списках — что мне надо купить, что мне надо сделать, убрать…

Для меня фотография — это возможность быть один на один с ребенком и с камерой, когда никто не вмешивается в наше общение, когда только я что-то ему рассказываю, показываю, стараюсь раскрыть эмоции.

И вот так мы общаемся, играем,  болтаем и мы вместе с этот момент, и почта по работе не отвлекает.

Но когда вы приходите на детские утренники и спектакли — НЕ СМОТРИТЕ НА НИХ ЧЕРЕЗ КАМЕРУ ТЕЛЕФОНА! Купите штатив, поставьте камеру, включите запись и СМОТРИТЕ ГЛАЗАМИ — это совершенно другая память и другой взгляд. На концертах и отчетных мероприятиях смотрите глазами, а камера пусть себе пишет.

Видеть природу

Сейчас дети, по крайней мере мои, в меньшей степени замечают окружающий мир и природу. Я вспоминаю, каким образом моя бабушка смотрела на этот мир, как она запоминала все цветы, все реки, травы, видела каждый день, какая сегодня погода, учила меня смотреть на природу и видеть ее красоту. Я в меньшей степени чувствительна  к природе, чем моя бабушка, выросшая в селе Илек Уральской области. Но когда я фотографирую, я вместе с детьми ловлю самые хорошие моменты этой природной красоты. Я делаю так, чтобы дети увидели ее.

Например, зимой выглянет солнце, и я тащу Наташу на улицу в то время, когда она должна днем спать. Сажу ее в сугроб, она стряхивает снег с какой-то ветки, и я в это время фотографирую. И я знаю, что в ее памяти остался этот солнечный день, этот контровой свет, снег, который искрится на солнце. Мы это не пропустили. 

Я это сохраняю — веду детей в осенний парк и тоже ловлю солнце, и ловлю природу.

  • «Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

  • «Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

  • «Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

  • «Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

  • «Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

  • «Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

  • «Я фотографирую детей, чтобы запечатлеть любовь». Как фотография стала ресурсом для моего материнства

  • Я учу искать красивые места — мы можем пройти полпарка, пока мы найдем какую-то классную точку съемки, которая мне нужна. Я говорю: «Смотри, как здесь здорово!» Я сейчас вижу, что дети у меня в состоянии увидеть эту окружающую красоту значительно лучше, чем я могла в свое время, и даже чем я сейчас могу. 

    Очень во многие места я просто не поехала бы никогда, если бы мне не надо было сделать там фотографии. Я ни за что не поехала бы в эти яблони в Коломенском с детьми, потому что это далеко, там много народу, там много фотографов. Я не поехала погулять к МГУ с детьми в поисках сакуры. Не отправилась бы ни в Ботанический сад, ни к главному зданию МГУ просто так. Ребенок, автокресло, самокат, еще что-то — это сложно. Ради фотографии можно поехать. Заодно дети теперь знают, где мама работает, где эти фонтанчики, запускали какие-то кораблики в них.

    Мы идем с детьми на улицу ловить жизнь. Ловить жизнь, чтобы увидеть ее, вдохнуть ее полной грудью и сохранить ее в наши фотоальбомах, в наших воспоминаниях, сохранить ее навсегда перед нашими глазами, потому что то, что сфотографировано, что у нас есть на наших фотографиях, мы это помним.

    Что мне дает фотография?

  • Во-первых, это возможность остановить момент в этом нашем дне сурка, когда мы крутимся, как белка в колесе.
  • Это возможность зафиксировать момент здесь и сейчас, поставить на паузу нашу жизнь, нажать кнопочку и сохранить его.
  • И сберечь крохотные победы детей, а не только какие-то большие вехи.
  • На фотографиях память, которая остается навсегда, в том числе, для наших детей.
  • Фотография — это мощный ресурс для нашего материнского спокойствия: когда ты не можешь повлиять на ситуацию, ты можешь ее сфотографировать.
  • Это возможность находиться на уровне глаза детей и смотреть на них не сверху вниз, а наравне.
  •  Фотография — это бесконечный поиск новых сюжетов и насмотренности, потому что я сейчас особенно много смотрю разные произведения живописи в альбомах, очень часто — с детьми.
  • Это то время, когда я нахожусь не в телефоне, когда я сконцентрирована на ребенке и на окружающей действительности.
  • Это возможность интересно провести время с детьми — посадить их в лужу, отправить в плавание кораблик, запустить воздушного змея и сделать что-то еще в поисках самого интересного кадра. Но у детей остается в памяти то интересное, что мы с ними делаем.
  • Фотографируя, мы даем ресурс себе и создаем детям визуальную память о счастье детства!

  • Курс Юлии Сметаниной «Мобильная фотография».
  • Источник

    Комментарии закрыты, но трэкбэки и Pingbacks открыты.